Путешествие по Ирану. Часть 4. Учителя деревни Дарре Данг

Мы продолжаем публиковать дневники журналиста и этнографа Александра Сельвачева, путешествующего на велосипеде поИранув поисках загадочных кочевников?бахтиаров, проживающих в удаленных труднодоступных местах, куда невозможно добраться на автобусе, но можно попытаться доехать на велосипеде. Рассказ продолжает его спутница Наташа Белова.

Указанная на карте как «ослиная», тропа до деревни неожиданно оказывается уходящей круто вверх асфальтированной дорогой. И вот за поворотом показывается сама деревня — Darre Dang. Симпатичные домики, и среди них — здание школы.

Едва ли кто ещё чувствовал себя так хорошо на ковре у школьного директора! За окном льет дождь — baran, а мы расселись на ковре в учительской, пьём крепкий чай и под звуки пыхтящего самовара постигаем фарси: молоко — shir, хлеб — nan, дорога — jadde, гора — kuh, деревня — rusta, река — rudkhune, мост — pol; полезные для путешественника слова.

Читайте также

Путешествие по Ирану Вступление. Фархад

Школа — крепкое каменное здание с гордым флагом Ирана на крыше. Половину вестибюля занимает стол для пинг?понга, остальное пространство теперь заставлено нашими велосипедами. Иранцы увидели мою разбитую руку — и сразу несут большую черную сумку?аптечку. В ней огромная полулитровая банка йода и маленький сверток бинта. Все беды здесь просты и понятны, как в далеком детстве.

— У нас и компьютер есть, вот! — хвастаются учителя. — Только интернет совсем сломался… Мы, посланники цивилизации и вестники прогресса, легко побеждаем техническую проблему и воссоединяем деревню с пространством мировой сети. Это вызывает большое уважение, и нас почтительно приглашают откушать вечером кебаба в уважаемом семействе старосты деревни.

Тем временем, дождь кончился, и мы выбираемся знакомиться. Здешние бахтиары, оказывается, давно уже не кочевой народ. Этой бахтиарской деревне, по словам учителя Эхсана, — уже 500 лет. В отдалении от больших городов местные жители растят детей, латают плоские крыши домов, пасут коз. Жизнь их проста, но полна достоинства. Женщины смеются, прикрывая платками белоснежные улыбки, уворачиваются от объектива. Мужчины подходят пожать гостям руку, поговорить. Здесь никто не бежит с криками «Hallo! Hallo, Mister!» Гостям рады со спокойным достоинством, не отвлекаясь от обычных забот.

Знаете в чём смысл плоских деревенских крыш? На них можно выбираться и гулять, сверху открывается отличный вид на горы. Романтика!

В горной деревне, где узкие улицы вьются вверх под крутым углом, пространство крыш служит террасами для встреч и прогулок, для сушки ковров и для игр детей. И так — из века в век. С приходом темноты деревня вспыхивает фонарями, как многоярусный торт со свечками. Страшно уютная.

Хотелось бы побыть здесь подольше, однако у нас есть цель: нам обязательно нужно попасть за перевал — к молочным рекам и шатрам кочевников. Наши новые друзья не хотят нас отпускать. Нам последовательно изображают медведей, волков и даже горных козлов.

Читайте также

Путешествие по Ирану. Часть 2. Поезд на Сепид Дашт

Показывают, как мы понесем на спине велосипеды, карабкаясь на скалы, и волки будут прыгать на нас из кустов, а ведь у нас, горемычных, нет даже завалящего ружья (пиф?паф!). Но мы непреклонны — пионеры не боятся волков. Ребята, нам позарез нужны кочевники, мы готовы нести на себе велосипеды и отпихивать обнаглевших волков ногами! Что же, смиряются заботливые учителя, дадим мы вам тогда провожатого. И ослика. Но может все?таки передумаете? Ведь там же волки! (Gorg, gorg!) И снова сверкают глазами и лязгают зубами.

На ужине у старосты деревни — лепешки, салат из свежих овощей, рис, тушеная курица и кисломолочный напиток «дух». Ужин проходит по строгому ритуалу: сначала необходимо долго сидеть на ковре, вести беседы и пить чай из крошечных стаканчиков. Кажется, мы уже начинаем привыкать к местному неторопливому ритму, к десятикратным повторам фраз (а как ещё вести разговор, зная лишь пару десятков слов?). Нам хвастаются «ружьем Гитлера» — старинной винтовкой 30-х годов. Оружие — вообще, предмет большой гордости у местных мужчин. Все они не только пастухи, но и охотники.

Утро, выход.

На рассвете мы выходим в последний раз прогуляться по узким улочкам деревни. Местные дедушки выгоняют коз, женщины доят коров и сбивают молочный дух.

Doogh — национальный иранский кисломолочный напиток, близкий родственник айрана и армянского тана. Традиционно, дуг производят из скисшего молока, сбивая его и разбавляя водой. В него могут добавлять мяту или соль, но в простых деревенских или кочевых условиях это делают редко. Домашний дуг пахнет травами, козьей шерстью и замечательно освежает.

Смотря на бегущих к школе детей, мы вспоминаем про оставленные в школьном вестибюле велосипеды. И спешим вернуться туда. Школьный двор гудит, как улей: в совсем небольшой деревушке огромное количество учеников младшей школы (детей постарше увозят микроавтобусом в другую деревню).

Девочки, ещё вчера бегавшие по крышам с рассыпанными непокорными кудряшками, надевают школьную форму — свой первый хиджаб. И, кажется, страшно этим гордятся. Очень серьезные.

Читайте также

Путешествие по Ирану. Часть 3. Baran на дороге

В класс не пробраться из?за велосипедов, учительская занята рюкзаками. Это, впрочем, никого здесь не смущает. Пока мы собираемся, учителя раздают и собирают прямо во дворе листочки с заданиями, дают наставления, собирают детей и выстраивают их в стройные колонны. Насколько мы можем понять, это часть патриотического воспитания: дети с большим воодушевлением кричат хором торжественные кричалки и поют для нас песню.

Но нам нужно продолжать путь. Неизвестно, когда ещё получится выбраться в сеть: впереди скалы, тягание велосипеда и волки, волки, конечно!

Продолжение следует

Добавить комментарий